ТЕЛЕФОННЫЙ РАЗГОВОР
- Слушай, Лера, –
сказал Игорь. – Тут дело такое: тебе сейчас Алина Ранцева позвонит.
- Алина Ранцева?
Зачем?
- Она «Ромео и
Джульетту» собирается ставить. Ей необходим человек для работы с текстом. Я
тебя посоветовал.
- Ой. Ты
думаешь, я справлюсь?
- Думаю,
справишься: все, что нужно Ранцевой, Шекспир уже написал, а что не нужно, ты
выкинешь: сцены, диалоги… Заплатят мало,
я бы даже сказал, что очень мало.
- Игорь, дело не
в этом. Спасибо!
- Не за что, –
заверил Игорь. – Да, кстати, Лера, театр – это не рай. Театр – это театр.
- Ладно, –
говорю, – разберусь.
Я тут же поделилась
с Настей сногсшибательной новостью. И мы вместе стали вспоминать все, что знали
об известном режиссере Алине Ранцевой. Я видела ее однажды на вручении «Софита».
В прошлом году мы с Игорем ходили на ее спектакль по Шиллеру – «Коварство и
любовь». Спектакль мне понравился, хотя Игорь многое критиковал. Конечно, ему
виднее, и все же мне спектакль показался прекрасным.
Настя, в силу
своей профессии (она фотограф), видела Алину множество раз на премиях и
светских событиях. Однажды она лично ее снимала для журнала «Светская жизнь».
Ранцева показалась ей симпатичной, но несколько манерной. Впрочем, по словам
Насти, все театральные такие. А еще я как-то листала один известный театральный
журнал, где была напечатана большая рецензия на «Коварство и любовь». Автором
рецензии была дама, еще не пожилая, но уже утомленная. Я заметила, что утомление
– очень модное состояние души, особенно среди театральных критиков. В начале текста
говорилось о том, что Алина Ранцева давно известна петербургской театральной общественности,
но не как режиссер, а как талантливая актриса, красавица и жена успешного
актера и секс-символа Андрея Кутепова. Все эти сведения были сообщены ласково,
но с долей раздражения. В самом деле: красавица, талантливая актриса, удачно
вышла замуж…Согласитесь, редкий пример щедрости судьбы. Далее автор угрюмо
повествовала о том, что Ранцева, обладающая всеми перечисленными благами, не
остановилась на этом и стала режиссером. Это было уже слишком. Зачем красавице,
актрисе и супруге секс-символа лезть в режиссеры? Трагическая ошибка! Полный
крах – вот что, по мнению рецензента, ожидало Ранцеву на режиссерской стезе.
Спектакль был разобран очень подробно: я узнала, что сверхзадача режиссером не
решена, что «протагонист не выполняет никаких фабульных функций», и что,
наконец, в творении Ранцевой нет «реализма быта». Я была очень смущена. Как же
так? Спектакль аншлаговый, получил софит за лучшую режиссуру, а тем временем, в
нем начисто отсутствует такая важная вещь, как «реализм быта»… Помню, я еще спросила у Игоря, что он думает
по этому поводу.
Он сказал мне:
- Знаешь, раньше
я читал критиков, изучал все рецензии на свои спектакли, а потом совершенно к
этому остыл. Как-то меня больше не тянет… Кстати, а кто автор статьи?
Я сказала:
- Марианна
Кучер-Дворянская.
Игорь кивнул.
- Разумеется. Я
должен был догадаться, – ответил он и многозначительно замолчал.
